Пьяцца Армерина

С Апеннин, на которых стоит Пьяцца Армерина, окрестные холмы кажутся волнами цвета охры и выгоревшей зелени. Сам город — это лабиринт крутых лестниц и переулков, где хорошо различимы наслоения трёх эпох: арабские сводчатые проходы, норманнская строгость фасадов и пышное сицилийское барокко. Сюда не спускаются туристические толпы прибрежных Таормины или Чефалу — ритм задают местные старики, играющие в карты на скамейках, и запах жареных артишоков из дворовых кухонь.

Римская вилла дель Казале

В пяти километрах от города, в долине, с конца IV века лежит под слоем почвы то, ради чего в Пьяцца Армерина приезжают почти все. Вилла дель Казале — позднеримский комплекс площадью свыше 3500 квадратных метров, чьи напольные мозаики признаны крупнейшим и наиболее сохранным собранием такого рода на всей территории бывшей Западной Римской империи. Здесь нет потолков и стен — только прозрачные переходы над полом, и ты двигаешься буквально по воздуху над чередой сюжетов.

Мозаичные ковры из крошечных кубиков смальты и мрамора покрывают почти каждый шаг виллы. Сюжеты далеки от абстрактной античной торжественности: они натуралистичны и часто ироничны. В так называемом «Коридоре большой охоты» длиной почти 70 метров разворачивается сцена отлова зверей для римских цирков — с верблюдами, тиграми, слонами. В зале с «Девушками в бикини» десять атлетичных фигур выполняют гимнастические упражнения с гирями и мячом — кажется, что это эскиз к современной спортивной хронике. А в центральной апсиде — композиция с мифическими великанами, где запечатлён эпизод ослепления циклопа Полифема.

Практический момент: от города до виллы ходит рейсовый автобус, но расписание редеет в сиесту. Имеет смысл заложить на осмотр не меньше двух с половиной часов — если вы уже добрались до центральной Сицилии, спешить здесь некуда.

Средневековое ядро и барочные купола

Сама Пьяцца Армерина выросла из арабского поселения, что отчётливо читается в лабиринтной планировке исторического центра. В узких щелях между домами до сих пор встречаются характерные подковообразные арки и прохладные внутренние дворики с цитрусовыми кадками. После романского завоевания город стал важным опорным пунктом норманнов, затем его перекраивали землетрясения и модные архитекторы сицилийского рококо.

Главный собор, Duomo di Piazza Armerina, стоящий на вершине холма, — наглядный палимпсест: над порталом XV века высится колокольня в каталанском духе, а грандиозный купол был возведён уже в XVIII столетии. Внутри хранится удивительный деревянный крест XV века и икона Марии Сантиссима делле Витторие, которую, согласно местному преданию, доставили сюда сразу после победы над сарацинами.

Нормандское наследство и Сперлинга

Ещё одна причина задержаться в окрестностях минимум на полдня — замок Сперлинга (Castello di Sperlinga) в получасе езды на север. Это не вылизанная цитадель, а грубо вырубленный из единой скальной глыбы форпост, который сицилийцы защищали во время войны «Сицилийской вечерни» XIII века. Часть помещений, включая лестницы и стойла, не построена, а буквально выскоблена в песчанике. С вершины открывается панорама центральной Сицилии — поля, расчерченные каменными оградами, и далёкие ветряные турбины.

Еда и календарь

Кухня здесь горная, сытная, далёкая от рыбных меню побережья. В закусочных подают cudduruni — лепёшку с луком, помидорами и сардинами, запечённую в дровяной печи. А местный фестиваль Palio dei Normanni, который проходит каждый август с 12-го по 14-е число, превращает город в грандиозный исторический спектакль. Кварталы соревнуются в костюмированных шествиях и конных турнирах, а само действо будит средневековую Пьяцца Армерина куда громче любого учебника истории.

Оптимальный сезон — с апреля по середину июня и сентябрь. В июле и августе термометр на открытых участках виллы дель Казале может переваливать за 40 °C, а многие семейные траттории закрываются на каникулы. Добираться удобнее на поезде до станции Диттайно или Энна, оттуда автобусом. Собственный транспорт даёт больше свободы — как минимум для того, чтобы застать предзакатный свет на мозаиках, когда смальта вспыхивает золотом.