Собор Орвието

Золотой фасад собора в Орвието виден за несколько километров — он буквально вырастает из плоской вершины туфовой скалы, на которой стоит весь город. Эффект усиливается от того, что вы подъезжаете к нему либо на фуникулёре, либо серпантином, и до последнего момента видите только вертикальную стену средневековых палаццо. А потом выходите на площадь — и оказываетесь лицом к лицу с огромной плоскостью, покрытой мозаикой, которая по цвету напоминает одновременно старую фреску и византийскую эмаль.

Строительство начали в 1290 году в честь так называемого Чуда в Больсене: в соседнем городе на литургии на корпорале выступила кровь. Реликвия до сих пор хранится в капелле внутри — и именно ради неё папы римские веками финансировали стройку, приглашая лучших архитекторов и художников. Собор — не плод единого замысла, а многослойный палимпсест, над которым работали три столетия, и это читается в деталях.

Фасад, который можно рассматривать часами

Главный западный фасад задуман Лоренцо Майтани в начале XIV века и откровенно нарушает масштаб: для базилики таких размеров он почти избыточен. Четыре мощных пилястра делят стену на три части, но взгляд уходит не в архитектуру, а в поверхность — золотую смальту, синий лазурит, красную и зелёную мозаику, которая покрывает всю плоскость. Сюжеты — житие Богоматери, сцены из Ветхого и Нового Завета — поданы не хрестоматийно: мозаичисты конца XIV века сознательно подражали витражам северной готики, только перевели свет в цвет.

Нижний ярус занимают барельефы — те самые, что часто цитируют как «Библию для неграмотных». На четырёх мраморных панелях Майтани развернул историю от Сотворения мира до Страшного суда с такой степенью телесности и натурализма, что даже сейчас, сбитые временем фигуры пробирают больше иных ренессансных фресок. Обратите внимание на левую панель со сценой грехопадения — готический древесный орнамент там внезапно превращается в змея.

Внутри: полосы и капелла Люка Синьорелли

Интерьер противоположен фасаду настолько, насколько это возможно. Снаружи — золото и цвет, внутри — суровый камень и ритмичные горизонтальные полосы базальта с травертином. Такой рисунок кладки отсылает к тосканской романике, но в сочетании с высотой сводов даёт ощущение прохлады и тяжести — как в крипте, только залитой светом из узких алебастровых окон. Современный орган с трубами метров по пять в высоту здесь смотрится естественнее, чем могло бы показаться.

Главное столкновение происходит в левой части трансепта, в капелле Мадонны ди Сан-Брицио. Фрески начал Фра Анджелико, но основную часть сделал Лука Синьорелли в 1499–1504 годах — тот самый цикл «Воскрешение во плоти», который приезжал изучать Микеланджело перед «Страшным судом» в Сикстине. Здесь нет золотых фонов и небесной иерархичности: тела восстают из земли настойчиво и анатомически точно, а ангелы больше похожи на античных воинов. Это жёсткая, напряжённая живопись, где мускулы прописаны с одержимостью хирурга. Также в капелле находятся фрески с Антихристом — редчайший в ренессансном искусстве сюжет, причём Синьорелли изобразил дьявола, шепчущего на ухо самозванцу, и вставил в толпу современников: императора, монахов, поэтов, — сделав апокалиптическую сцену до жути конкретной.

Пьета и рельефы

В правом нефе стоит поздняя «Пьета» Ипполито Скальца — скульптурная группа из цельного куска мрамора, выточенная в 1579 году. Композиция почти маньеристична по выверенному дисбалансу: тело Христа сползает вниз тяжёлой диагональю, и Мария удерживает его не рукой, а касанием колена. Для города, который сам балансирует на краю туфового обрыва, этот образ читается по-особому.

В крипте, куда ведёт лестница из левого нефа, сохранились фрагменты фресок XIII века — то, что осталось от более раннего храма. Там же выставлены литургические предметы и так называемый «Золотой реликварий», изготовленный для корпорала из Больсены. Его редко удаётся увидеть вблизи, но когда открыто — эмали и чеканка демонстрируют сиенскую ювелирную традицию, близкую к работе с иконными окладами.

Что учесть при визите

Собор действующий, службы идут регулярно, и капелла Сан-Брицио может закрываться во время мессы. Учитывайте освещение: мозаики западного фасада лучше всего работают с полудня до заката, когда солнце падает прямо на них — утром они в тени. Скальные виды на город и долину реки Палья открываются со смотровой площадки у стен крепости сразу за собором; оттуда же, если воздух чистый, можно разглядеть плато, где стоит Чивита ди Баньореджо.

Орвието — город-крепость на туфовом плато, и попасть сюда проще всего со станции внизу, в долине: фуникулёр поднимает прямо к историческому центру, до площади Дуомо оттуда пешком около семи минут. Если едете из Рима или Флоренции региональным поездом, проверяйте категорию — Intercity и скоростные составы обычно проходят Орвието без остановки. Собор не отапливается, зимой внутри ощутимо холодно; весна и начало осени — самое комфортное время.